Ю. Новикова обратилась в Сыктывкарский городской суд с иском к МВД по поводу ее увольнения.

Согласно решению Сыктывдинского районного суда о компенсации морального вреда родным одной из погибших девушек после взрыва и пожара в Центре профессиональной подготовки МВД по Коми на его бывшего руководителя Антона Дашевского и преподавателя Владимира Опарина завели уголовное дело. Но есть еще одна фигурантка этого дела.

На основании постановления следователя от 18 февраля 2026 начальник цикла специальных дисциплин — преподаватель центра Ю. Новикова также была привлечена в качестве обвиняемой по уголовному делу. Ей было предъявлено обвинение по пунктам «в», «г» части 3 статьи 286 Уголовного кодекса («Превышение должностных полномочий, повлекшее причинение тяжких последствий, совершенное группой лиц по предварительному сговору). Такое же обвинение — у Антона Дашевского.

Как следует из решения, на обвиняемую было возложено временное исполнение обязанностей по невакантной должности заместителя начальника по учебной работе центра профподготовки. При служебной проверке было установлено, что Ю. Новикова вместе с Владимиром Опариным организовала практическое занятие, во время которого произошел взрыв, а потом пожар.

В апреле 2026 года Ю. Новикова, как и Владимир Опарин с Антоном Дашевским, была уволена из органов внутренних дел.

Ю. Новикова подала в Сыктывкарский горсуд иск, в котором просила признать незаконным и отменить приказ МВД по Коми о наложении дисциплинарного взыскания, увольнении, восстановить в ранее замещаемой должности, взыскать средний заработок за время вынужденного прогула и компенсацию морального вреда.

Она полагала, что непосредственную ответственность за способ проведения занятия и применение учебно-имитационного средства нес Владимир Опарин, самостоятельно избравший способ проведения занятия.

Также Ю. Новикова сослалась на отсутствие доказательств ознакомления ее с должностными инструкциями по должности замначальника, отсутствие причинной связи между ее действиями и наступившими последствиями, наличие уголовного производства по тем же фактическим обстоятельствам, а также несоразмерность примененного дисциплинарного взыскания.

Из ее объяснений следует, что подробное содержание занятия Владимира Опарина сторонами не обсуждалось. Вместе с тем ей было известно, что преподавателями тактико-специальных дисциплин при проведении занятий могут использоваться специальные средства.

Согласно решению суда, после проведения утренней планерки Ю. Новикова приступила к занятиям в соответствии с расписанием.

Во время проведения ею второй пары в аудиторию заходил Владимир Опарин, сообщивший о готовности к проведению следующего занятия и поставивший вопрос о помещении, в котором занятия будут проводиться.

После этого Ю. Новикова совместно с коллегой осмотрела актовый зал центра.

Как следует из ее собственных объяснений, в этом помещении был ремонт, имелась конструкция из гипсокартона, находились рабочие. Она указала Владимиру Опарину место, где должны располагаться слушатели, и обратила его внимание на необходимость при использовании специальных средств учитывать нахождение людей в помещении.

Таким образом, еще до начала занятия Ю.Новиковой было известно, что помещение находится в состоянии ремонта и что при проведении занятия Владимира Опарина предполагается использование спецсредств.

Согласно судебному решению, после осмотра помещения Ю. Новикова и Владимир Опарин обратились к начальнику Центра Антону Дашевскому за разрешением на проведение занятий двух преподавателей в одном помещении.

Из объяснения Ю. Новиковой следует, что в присутствии начальника Центра Владимир Опарин сообщил о намерении использовать специальное средство (это была акустическая пиротехническая гранатуа Ф-1, купленная в магазине). Начальник Центра указал, что специальное средство применять не следует, и обратил внимание Владимира Опарина на необходимость соблюдения безопасности.

Ю. Новикова предположила, что под спецсредством имеется в виду то, что применялось на занятиях ранее. При этом конкретный вид предполагаемого к использованию изделия она у Владимира Опарина не уточнила, его свойства и допустимые условия применения не выяснила.

После этого разговора Ю. Новикова продолжила свое занятие, затем привела слушателей учебной группы в актовый зал.

В том же помещении Владимир Опарин проводил занятие со слушателями другой учебной группы.

Как следует из объяснений Ю. Новиковой, находясь в актовом зале, она раздала слушателям документы для заполнения. В это время Владимир Опарин организовывал практическую часть своего занятия.

Через некоторое время в помещение была приведена в действие акустическая пиротехническая гранта.

Ю. Новикова указывала, что фактический вид примененной гранаты до момента ее использования ей известен не был, разрешения на применение именно ее она не давала и полагала, что будет использована другая.

Вместе с тем в результате срабатывания примененной Владимиром Опариным гранаты произошло воспламенение находившихся в ремонтируемом помещении строительных материалов.

Из материалов служебной проверки следует, что примененное изделие является пиротехническим учебно-имитационным средством, предназначенным для имитации взрыва, которое подлежит использованию на специально оборудованных открытых площадках, вдали от мест скопления людей. Применение таких изделий в помещениях и вблизи легковоспламеняющихся поверхностей запрещено.

В актовом зале в связи с проводившимся ремонтом находились строительные материалы, в том числе баллоны с полиуретановой монтажной пеной. Детонация повлекла их воспламенение.

В результате произошедшего нескольким слушателям был причинен тяжкий вред здоровью, трое из них впоследствии скончались.

Из материалов служебной проверки следует, что истец характеризовалась положительно, действующих дисциплинарных взысканий на момент проведения проверки не имела.

Материалы проверки подтверждают, что Ю. Новикова пыталась тушить пожар, перемещала горящие предметы, искала огнетушитель, участвовала в эвакуации, сама пострадала.

Суд посчитал, что указанные обстоятельства положительно характеризуют ее поведение уже после возникновения чрезвычайной ситуации. Вместе с тем они не опровергают нарушения, допущенного на предшествовавшей стадии организации и проведения занятия и поэтому не являются основанием для признания выводов служебной проверки неправильными.

Суд также посчитал, что вывод служебной проверки о связи ненадлежащего исполнения Ю. Новиковой собственных обязанностей с созданием опасных условий для слушателей является обоснованным. В связи с этим в удовлетворении требований было отказано.