Вертолеты и самолеты Территориального центра медицины катастроф регулярно вылетают в районы и города республики: только в прошлом году таких отправок было более 750. Так для пациентов из самых удаленных уголков республики становится доступной высококвалифицированная помощь. Корреспондент БНК отправился в небо вместе с медиками, которые рассказали и показали, как выглядит обстановка внутри вертолета, с чем чаще всего сталкиваются фельдшеры и пилоты и почему в их работе меньше «куража» по сравнению со скорой.

В территориальный центр медицины катастроф Коми 29 апреля поступила заявка. Две женщины 70 и 90 лет, у обеих нестабильная стенокардия, то есть предынфарктное состояние. Необходима эвакуация из Койгородского района в Кардиодиспансер Сыктывкара, так как требуется лечение в стационаре более высокого уровня. Именно такую краткую информацию получил в 11:45 фельдшер Андрей Исаков. За его спиной уже пять лет работы в санавиации, ему и предстояло руководить полетом. Его правой рукой стал медбрат Георгий Максименко.

— Я ни с кем связаться не успел еще, будем дальше на месте смотреть, — без тревоги пояснил Андрей Исаков. — Написано, приземляться будем в Койдине, рядом с Койгородком. Предполагаю, что там есть импровизированная вертолетная площадка со специальными огнями, где-то в лесочке. Фотографии показывали: когда садишься, пылевая буря возникает!

Отправку запланировали в 13:00 из аэропорта Сыктывкара на вертолете Ми-8 МТВ. Подъехав к «птичке» на машине скорой помощи, медики торопливо перенесли из автомобиля оборудование и инструменты. Вокруг — сильный шум от вертолета, из-за которого приходится кричать друг другу в ухо, чтобы хоть что-то услышать. Пять минут, и специалисты уже внутри, дверь захлопнута, а машина начала взлетать.

Оценить объемы техники удается только в Ми-8: это куча сумок и мешков. Из стандартной укладки — медикаменты, шприцы, бинты, взрослый и детский реанимационный, акушерский наборы. Но кроме этого, прихватили еще и дыхательный аппарат ИВЛ, дефибриллятор, дополнительный аппарат ЭКГ, отсос, шприцевые насосы для контролируемого введения лекарств.

— Есть еще два комплекта складных носилок. Бывает, что мы можем полететь в Койгородок, а по пути еще залететь в Объячево, если появятся пациенты. Но это больше актуально для северных направлений: летишь в Печору, заодно в Инту, можно и в Троицко-Печорск. Или можно сделать круг Ижма — Усть-Цильма — Печора. Поэтому мы и берем дополнительные носилки, — поделился Андрей Исаков.

Внутри вертолета тепло, так что медики скинули куртки. Слегка пахнет бензином. Беседовать во время полета тяжело из-за того же сильного гула, который с непривычки режет уши. Спасают противошумные наушники, которых, правда, хватает только на пациентов. Специалисты же надевают обыкновенные беспроводные наушники и занимаются своими делами.

Медбрат Георгий сидит за планшетом, изучает схемы внутреннего строения человека. Он отучился в сыктывкарском медколледже, сейчас получает образование в СГУ, хочет стать педиатром. Как поделился парень, попал он в санавиацию просто: «Хотел, предложили пойти, пошел». На такой работе у него больше возможностей почитать, подготовиться к занятиям.

Фельдшер же Андрей «открыл для себя мир сериалов» и скачивает перед сменой несколько серий. Нередко его взгляд падает и на открывающиеся в окне виды лесов и рек. Порой он даже замечал среди деревьев медведей, лосей, гусей.

— Не скажу, что тут меньше нагрузки, чем на скорой, но здесь более размеренный темп работы. Нет постоянной спешки, можно спокойнее проводить время. Да и мне как мужчине любопытны самолеты, вертолеты! По-разному бывает, можно и на воздушной подушке уехать, и на снегоходе, — объяснил фельдшер.

— Можете вспомнить первый полет? — спросил журналист БНК.

— Тревожно было, не понимал, какие будут ощущения. Это не страшно, скорее некомфортно: громко, вибрации, запахи авиационного топлива. Конечно, летная романтика быстро проходит.

Как вспомнил Андрей, приходилось летать и в дождь, и в туман, и в град: «Если мы приехали в аэропорт, значит, погода уже летная». Приземляться чаще всего приходится на специализированных площадках, но бывали посадки и на голом поле, и на перекрестках.

В большинстве случаев эвакуируют людей с болезнями кровоснабжения: нестабильная стенокардия, инфаркты, инсульты. С севера в Сыктывкар нередко приходится возить беременных женщин. Бывают полеты из-за сложной пневмонии.

— Здесь меньше куража и треша по сравнению со скорой помощью. Все более прогнозируемо, мы принимаем готовых, обследованных пациентов, отвозим в стационар. Может только что-то пойти не так во время транспортировки: забирал стабильного пациента, а на полпути состояние начало ухудшаться. С давлением проблемы: у кого-то поднимается, у кого-то падает. Поэтому мы и столько всего берем, чтобы быть готовыми к любой ситуации, — рассказал Андрей. — Бывает и тошнит, выходят зеленые, потому что тебя два часа без остановки трясет, как космонавта. К этому надо привыкнуть. После вертолета, конечно, хочется отдохнуть.

Вертолет приземлился на небольшой очищенной территории, окруженной лесом. Это вертолетная площадка, используемая с советских времен, единственное место около Койгородской ЦРБ, где можно сесть. Рядом стояли полиция, скорая. Сыктывкарские медики отправились к коллегам из Койгородка, чтобы оценить состояние больных. У пациентов измерили давление, посмотрели кардиограммы.

— В груди не болит? — спросил Андрей у 90-летней пациентки.

— Немножко это… побаливает. Мы выезжали, не болело… Потряслись, наверно, — объяснила она.

— У дамы болит в груди, разберитесь с этой болью, — попросил вскоре фельдшер сотрудников койгородской скорой, и пациентке брызнули под язык нитроглицерин.

— Как себя чувствуете сейчас? — обратился Андрей через несколько минут к больной.

— Нормально.

— Полетим?

— Полетим, — смеясь ответила пациентка.

— Смотрите у меня!

Пока стояли в Койгородском районе, удалось разглядеть Ми-8. Желтая «птичка» позволяет эвакуировать одновременно до четырех лежачих пациентов. Дальность полета — 500 километров, что особенно актуально для протяженной республики. Вылеты доступны даже в темное время суток благодаря ночной навигации. У центра медицины катастроф есть всего три таких вертолета, а также самолет АН-28. Последний используют для перевозки людей из Воркуты, для чартерных перевозок в другие регионы.

Командир воздушного судна — Александр Позяев. За штурвалом он с 1985 года, успел поработать и на Чукотке, и на Камчатке, эвакуировал людей с корабля и гор. А последние несколько лет трудится над спасением жителей Коми.

— Ночью подняли, подошли к площадке в Кослане. Погода резко испортилась, пришлось забирать при очень плохой видимости. У нас это называется спортивная погода, — поделился пилот. — Вытащили, все получилось хорошо.

Пока журналист беседовал с Александром, медики уже подготовились к возвращению. Одну из пациенток они уложили в спальный мешок на носилках, другая решила лететь сидя. К каждой подключили кардиомониторы, на которых показывали кислородные и сердечные показатели.

— На данный момент пациенты стабильные, боль в груди у одного пациента купирована. Никаких противопоказаний сейчас нет. Если бы не помогло с нитроглицерином, мы бы сделали препарат внутривенно. Если бы и это не помогло, то мы бы транспортировку отложили, — объяснил фельдшер Андрей. — Сейчас будем следить за цифрами: кардиологические пациенты требуют постоянного контроля.

Пока вертолет доставлял пассажиров обратно, фельдшер заполнял документы на планшете и параллельно с медбратом Георгием следил за показателями больных. Пациентка, которая не захотела лежать, с любопытством рассматривала открывавшиеся виды.

— Сильно мы не надоедаем друг другу. Если пациент не жалуется, показатели нормальные, то все в порядке, — упомянул фельдшер.

По итогу ничего экстренного не случилось. Как поделились пассажиры, для них полет прошел нормально. Летали они в первый раз.

— Мы вас тоже на носилочки положим, — проговорил Андрей сидячей пациентке. — [За то, что вы на ногах], нас потом в кардио за это по голове не погладят. Так что делаем, как я говорю, хорошо?

Во время нынешнего вылета то и дело начинался дождь «разного калибра». Но, по словам пилота Александра, все прошло штатно: «Как говорят в авиации, кто летал на Камчатке, может летать везде! Но и в Коми расслабляться нельзя».

После посадки к вертолету подъехали две скорых. С помощью коллег медики погрузили больных в две машины, которые и отправились в Кардиодиспансер.

— Полет прошел штатно, и слава Богу! — резюмировал фельдшер.