Травля в соцсетях не заканчивается со школьным звонком: обидные фотографии, комментарии и насмешки могут преследовать ребенка даже дома. Вместе с психологом в проекте БНК «Навигатор безопасности» разбираемся , как остановить кибербуллинг и помочь подростку вновь почувствовать себя в безопасности.

В проекте «Навигатор безопасности» редакция БНК собирает информацию и вопросы от читателей, которые стали свидетелями буллинга среди несовершеннолетних или чьи дети подвергались травле, психологическому насилию или унижению со стороны сверстников или взрослых.

Что произошло?

В редакцию обратился папа семиклассницы. Он рассказал, что его дочь разругалась с лучшей подругой из-за одноклассника, после чего бывшая подруга нашла себе новую компанию. Эта компания во главе с бывшей подругой стала травить дочь обратившегося читателя: девочку специально фотографировали в неудачных ракурсах, создавали каналы и группы в соцсетях, где публиковали эти снимки, нелицеприятно комментировали ее внешность и подначивали других оставлять колкие комментарии.

После вмешательства школы, многочисленных классных часов, родительских собраний, встреч семьи жертвы с семьями обидчиц, бесед с директором, работы с психологом и лекции сотрудников правоохранительных органов, которых пригласило руководство школы, травля прекратилась. Но, по словам папы, атмосфера в классе до сих пор остается напряженной, а его дочь ходит в школу «через не могу».

За комментарием редакция БНК обратилась к психологу, психоаналитику, директору АНО «Центр гармоничного развития семьи и личности «Ответственное родительство» Екатерине Пятковой. В профессии она уже пять лет. Практический опыт работы с людьми и подростками составляет более 10 лет и включает волонтерство, организацию социальных мероприятий и психологическую поддержку на горячей линии.

— Каким должен быть порядок действий школы и родителей жертвы для скорейшего разрешения этой ситуации и минимизации ее последствий? Какие признаки подскажут родителю, что его ребенка травят в соцсетях? Чем офлайн-буллинг отличается от онлайн-буллинга и какой из них наносит больший вред?

— Когда дело касается буллинга, словосочетание «мягкое разрешение» здесь неуместно. Мягко — значит обходить острые углы, сглаживать последствия, не погружаясь в суть травли. Нам же необходимо понимать структуру этого явления, по каким законам оно функционирует, что движет участниками буллинга. Если не учитывать эти детали, то работа проводится стихийно. Не понятно, с чего начать, какие меры предпринять и как помочь ребенку. Исходя из описания ситуации, можем сделать вывод, что усилиями родителей и школы сделано главное — травля остановлена. Но остаётся не менее трудная задача — помочь восстановиться от пережитого и не допустить повторения.

Состояние девочки в этой ситуации отягощено тем, что она подвергалась буллингу не только в стенах школы, но и в интернет-пространстве. При буллинге ребенок подвергается воздействию группы во время пребывания в школе, личном взаимодействии с лидерами травли, но за ее пределами стрессовое воздействие может снижаться. При кибербуллинге этот поток давления не заканчивается. Ребенок находится под постоянным воздействием и нет возможности укрыться. Опубликованные материалы могут распространяться на широкую аудиторию с большой скоростью. Сюда также входит возможная анонимность, а значит, нет возможности определить, кто ещё, кроме зачинщиков, может быть агрессивно настроен. Это подрывает доверие ко всему окружению, деморализует. Офлайн-буллинг локальнее, но может быть более опасным физически. И первый, и второй вид травли разрушителен по-своему.

Что же касается признаков, которые могут подсказать родителю, что ребенка травят в соцсетях, то здесь всё может быть индивидуально. Но стоит обратить внимание, если у него возникает резкое нежелание идти в школу, тревога после использования телефона, скрытность, удаление аккаунтов, изменение внешности, замкнутость, ухудшение сна и аппетита, психосоматические жалобы, падение успеваемости, вспышки агрессии или слёзы, нежелание говорить о классе и одноклассниках, потеря интереса к прежним увлечениям и т.д.

Если вернуться к порядку действий при травле, то для родителей жертвы он должен быть таким:

1. Спокойный разговор с ребенком без обвинений, признание его боли и снятие вины;

2. Фиксация фактов (скриншоты, ссылки, даты, имена участников, свидетели);

3. Письменное обращение к классному руководителю, школьному психологу и администрации с требованием обеспечить безопасность и провести разбирательство;

4. Психологическая помощь ребенку и, при необходимости, юридическая консультация. Школа, в свою очередь, должна предпринять меры к немедленному прекращению травли, провести индивидуальные беседы со всеми участниками, включая наблюдателей, подключить родителей обидчиков, назначить ответственного за мониторинг ситуации и организовать восстановительную работу в классе. Это то, что необходимо сделать в первую очередь.

— Почему ребенок может продолжать испытывать сильный стресс и ходить в школу «через не могу», если травля формально прекращена и школа провела все необходимые мероприятия?

— Потому что невозможно остановить психические процессы формально. Большую роль играет и тот факт, сколько времени ребенок подвергался гонениям и насмешкам. Девочка ходит в школу «через не могу», потому что морально все еще находится в состоянии угрозы, даже если объективной опасности уже нет. Это может быть посттравматический стресс, социальная тревожность или депрессивный спектр. После прекращения травли она может продолжать реагировать по старому шаблону и ожидать насмешек, не доверять одноклассникам, бояться быть собой. Поэтому нужны не только дисциплинарные меры, но и время, безопасная среда, восстановление доверия и профессиональная психологическая помощь.

— В чем разница между ситуациями «травля остановлена» и «класс стал психологически безопасным»? Какие процессы должны произойти в группе, чтобы ребенок почувствовал себя в безопасности?

— Остановленная травля означает, что агрессивные действия прекращены извне. Школа вмешалась, правила введены, обидчики наказаны или предупреждены. Однако это лишь видимое спокойствие. Психологически безопасный класс представляет собой иное состояние. В группе меняются нормы, насилие перестаёт находить поддержку, у жертвы появляются союзники, а у остальных формируется понимание ответственности.

Чтобы ребенок почувствовал себя в безопасности, должны произойти несколько процессов. Группа и лидеры травли должны признать причиненный вред. Репутация пострадавшего восстанавливается. Ребенок включается в позитивные взаимодействия. Наблюдатели, которые раньше молчали или подначивали, начинают занимать иную позицию. Профилактика становится регулярной, а не разовой.

Ощущение безопасности к ребенку возвращается тогда, когда его не высмеивают, не игнорируют, поддерживают. Новый опыт постепенно сместит прошлые переживания.

— Насколько эффективны стандартные школьные меры — классные часы, встречи с родителями, лекции полиции — именно для восстановления климата в классе? Что из этого действительно помогает, а что воспринимается детьми как формальность?

— Данные методы могут быть эффективными, если правильно выстроены и не выполняют функцию кнута и публичной порки. Классные часы работают, когда они не про то, кто виноват, а про нормы, чувства, ответственность и последствия. Встречи с родителями полезны, если это информирование и выработка общих правил, а не публичное унижение семей. Лекции сотрудников правоохранительных органов могут быть эффективны как краткое фактическое информирование о последствиях, но сами по себе они не меняют климат в классе. Реально помогают восстановительные беседы, групповая психологическая работа, поддержка жертвы, четкие правила и неотвратимые последствия, обучение наблюдателей травли активной позиции. Как формальность дети воспринимают разовые мероприятия, общие фразы и публичные разбирательства.

— Какие конкретные действия школы нужны после остановки буллинга, чтобы класс не вернулся к травле?

— Важна системность. Ошибочно полагать, что действия необходимо совершать только в отношении класса, где выявился факт травли. Работа должна проводиться как среди учеников, так и среди администрации и учителей. Есть школы, где действует понятие «у нас так не принято». Не принято физическое или моральное насилие. Не принято оставаться в стороне и не поддерживать тех, кто в этом нуждается. Это не говорит о том, что там не случаются конфликты среди детей. Случаются. Конфликт является частью становления, утверждения и развития личности. Но между буллингом и конфликтом есть существенная разница: конфликт не выходит за рамки морали и совести. Необходимо взращивать в детях эмпатию, работать над эмоциональным интеллектом. Не разово провести занятие, а сделать это системой. Это могут быть групповые занятия, объединяющие всех детей в классе, просмотр и разбор фильмов о буллинге и травле, постановка театральных инсценировок, где дети сами будут включены в подбор актуальных, социально острых проблем и в их разбор.

— Как подростку пережить предательство лучшей подруги, если именно она стала инициатором травли? Какие чувства здесь самые разрушительные и как с ними работать?

— Данная ситуация тяжела вдвойне. Девочка потеряла близкого человека и подверглась публичному унижению. Самые разрушительные чувства здесь — стыд, вина, мысли о том, что она сама виновата, что с ней что-то не так, ненависть к себе, изоляция и страх новых привязанностей. Также могут быть горе, злость, обида, растерянность. Работа с этими чувствами начинается с признания реальности. Подруга действительно предала, и это её выбор, а не следствие недостатков девочки. Ребенку нужно разрешить злиться, горевать, не заставлять прощать. Помогают психотерапия, дневник, арт-терапия, новые опоры и постепенное восстановление самоценности. Родителям необходимо запастись терпением и проявить понимание, заботу и эмоциональную доступность. Главная задача состоит в том, чтобы вернуть девочке чувство собственной значимости и доверие к себе, а не обязательно к бывшей подруге.

— Может ли в такой ситуации быть полезно прояснение отношений с бывшей подругой, например через медиацию, или лучше минимизировать контакт и выстраивать новые опоры?

— Некоторые могут помыслить о том, что девочки могут поговорить, пожать друг другу руки и дружба будет восстановлена. Но в действительности процент того, что дети вернутся к первоначальным отношениям, очень мал. Главным должно быть само желание детей. Хотят ли они говорить друг с другом? Принуждение к прояснению отношений может привести к обратному: бывшая подруга будет злиться и на окружающих, и на жертву. Это может спровоцировать повторение ситуации с давлением и нападками. Для девочки, которая подверглась травле, важнее не столько восстановить дружбу, сколько вернуть чувство безопасности и контроля. Если контакт неизбежен, медиация возможна только со специалистом, добровольно и с четкими правилами. Если бывшая подруга не признает вреда, лучше минимизировать контакт, выстраивать новые опоры, поддерживать нейтральные и дружеские связи с другими одноклассниками, развивать интересы вне класса. Перевод в другую школу — это крайняя мера, но иногда оправданная, если атмосфера остаётся тяжёлой и нет ресурсов для восстановления.

— Какие шаги можно предпринять, чтобы минимизировать влияние цифрового следа на самооценку подростка?

— Чтобы минимизировать влияние цифрового следа на самооценку подростка, нужно действовать вместе с ним и не обесценивать его чувства. Для начала необходимо зафиксировать и удалить травмирующие материалы, отправить жалобы администраторам групп в соцсетях, где размещены фото, заблокировать агрессоров, настроить приватность личного аккаунта. Важно ограничить прокручивание старых комментариев и не отвечать на провокации. Затем обязательно помочь ребенку отделить мнение агрессоров от фактов: травля говорит о них, а не о его ценности. Родителям стоит не заставлять удалять всё в одиночку, а быть рядом, предлагать помощь психолога, если понимают, что их поддержки может быть недостаточно. Также могут быть полезны дневники достижений и новые офлайн-увлечения. Если есть угрозы или распространение изображений, нужна юридическая консультация и обращение в полицию.

— Какой срок обычно требуется подростку, чтобы начать чувствовать себя спокойнее в классе после травли? От чего зависит эта динамика? В каких случаях стоит рассмотреть перевод в другую школу?

— Срок восстановления индивидуален. Динамика зависит от длительности и интенсивности травли, участия близкой подруги, реакции школы, поддержки семьи, личностных особенностей, наличия терапии и сохранения контакта с агрессорами. Перевод в другую школу стоит рассмотреть, если травля продолжается или возобновляется, школа не обеспечивает безопасность, ребенок не может восстановиться в этой среде, есть угрозы физической расправы, сильная травматизация, нет союзников или психическое состояние ухудшается. Но перевод сам по себе не решает проблему. Нужна подготовка, психологическая помощь и создание безопасных условий на новом месте.